alex_kabachkoff (alex_kabachkoff) wrote,
alex_kabachkoff
alex_kabachkoff

Про школу

Варюха ходит уже во второй класс и настало мое - отца время погрузиться в ее школьные дела. Ибо первый класс – это разве учеба? Черточки, крючочки, игры и никаких оценок. Читать Варя и до школы хорошо умела, так что, по сути, первый класс - еще один год детского сада, только в школьной форме и с портфелем за спиной. Я даже и не интересовался особо этой «учебой». Иногда, мучимый родительской совестью, проверял Варину домашку, изо всех сил стараясь сделать серьезный и назидательный вид (как в анекдоте: « - Давай, крючки аккуратнее рисуй, лодырь! – Папа, это же интегралы.») Но не более того.

Второй класс – совсем другое дело! Тут тебе и оценки, и контрольные, и какие-никакие домашние задания. Уже первого сентября я преисполнился готовности помогать дочери в нелегком деле настоящей учебы, тем более что мне все уши прожужжали о том, как сильно усложнилась школьная программа и как тяжко приходится нынешним ученикам. Должен сказать, что если сравнивать нынешнюю программу с программой 88 года, то разница есть и немалая. Тем полезнее будет моя помощь.
Сразу скажу, что я никогда не был сторонником каких-то альтернативных подходов к школьному образованию и излишней демократии в этом вопросе. Крики о том, что учителя-тираны убивают в детях индивидуальность, я всегда делю на два, а то и на четыре и считаю, что без дисциплины в учебе никуда.

Но даже меня через месяц учебы насторожило то, что самой страшной трагедией на свете для Вари стало опоздание в школу. Собираясь утром, она постоянно нервно спрашивает, сколько времени осталось, и жалобно поскуливает в прихожей, если я слишком долго завязываю галстук. Ну а в том случае если, забегая на школьное крыльцо, она уже слышит звонок к началу урока, Варя буквально падает на ступени, рыдая в голос и причитая сквозь слезы, что теперь ее точно убьют или повесят на «доску позора» (что, видимо, еще хуже).
Ну ладно, подумал я, опаздывать – это действительно не дело.

Следующее, что заставило меня удивленно поднять брови, это метод обучения базовым арифметическим действиям – супертетрадь «3 000 примеров» (или 5 000, 10 000, 1 000 000). Это реально тетрадь с напечатанными на ее страницах примерами типа «1+2=?», «5-3=?» и т.д. Т.е. сумма или разность двух чисел, каждое из которых в пределах 10. На каждой странице по сотне-другой примеров, во всей тетрадке – соответственно три или сколько там тысяч указано на обложке. Т.к. действия состоят из двух чисел, каждое из которых в пределах 10, и действий таких два, не нужно быть выпускником Мехмата, чтобы определить, что всего примеров не больше двухсот. Т.е. они многократно повторяются страница за страницей.
Варе задали решить все эти 3000 одинаковых примеров. Понятно, что каждый раз, решая арифметические задачи, не будешь в голове представлять яблоки и самые простые действия нужно вызубрить. Но Варя, довольно хорошо зная все эти простые примеры, начиная с какой-то сотни, упорно начинала ошибаться. Т.е. попытка взять разум измором была как-то не очень успешна. В тетрадке была инструкция, что решать примеры нужно партиями, засекая время (что добавило бы хоть какой-то смысл упражнениям), но Варе в школе четко сказали просто решить все 3000 от начала до конца. Процесс был долог и мучителен, но не научиться считать у Вари шансов не осталось.

Пока я следил за математикой, моя жена взялась курировать Варю по части литературы. За лето Варя прочитала больше десятка книг, чем вызвала у меня немалое уважение. Впечатления об этих книгах требовалось оформить в читательский дневник. Варя выбрала для этого небольшой блокнот, в котором по мотивам каждой книги нарисовала кучу рисунков, сопровождаемых текстом, получив в итоге что-то похожее на комиксы. Как это оценила школьная учительница? Она поставила Варе двойку. Да, двойку – за не сданный читательский дневник, т.к., получив Варин блокнот, учительница сказала, что она в нем ничего не понимает и что это вообще ни разу не читательский дневник.
Мы наивно полагали, что смысл читательского дневника – показать, что ребенок действительно читал летом, а не только гонял в PSP, и дать ему возможность осмыслить и самому изложить прочитанное. Данный тезис был начисто развеян на встрече с учительницей, которая показала правильные читательские дневники - в тетрадях школьного формата, с аккуратно наклеенными картинками героев и текстом, написанным ровным почерком. Т.е. смысл читательского дневника – научить аккуратно писать и наклеивать аппликации. Иначе учительницу могут лишить надбавки, если завуч увидит неправильно оформленный дневник.

И это не единственный такой случай. Буквально на днях Варя попросила меня по дороге домой купить чистую тетрадку в линейку, т.к. ей до завтра нужно переписать туда всё содержимое своей текущей рабочей тетради по русскому. Почему? Потому что Варя нарисовала на полях неуставные узоры и, если проверяющие это увидят, то надбавки, видимо, лишится вся школа, включая охранников и библиотекаршу. Я, кстати, продолжаю считать, что дисциплина и аккуратность – очень важны в учебе. Поэтому не стал возмущаться и тетрадку купил. Придя домой, я решил взглянуть на эти «узоры», ожидая увидеть как минимум что-то, похожее на эскизы татуировок с сердцами, розами и змеями, или групповые портреты фей Winx, или что-то в этом духе. Но, к своему разочарованию, обнаружил лишь едва заметную «елочку» из штрихов, сделанных ручкой у края страницы. Что-то подобное я сам рисую в ежедневнике, слушая чей-то слишком долгий нудеж в телефонной трубке.

Но аккуратность остается аккуратностью, а дисциплина – дисциплиной. Тетрадка по русскому языку, как ни крути, не место для любых рисунков и учиться соблюдать установленные формы рано или поздно придется. Про опоздания и говорить нечего.
Совсем не это меня заботит. А заботит то, что чем дальше, тем больше я замечаю в своей дочери – раньше совершенно лишенной каких-то комплексов и стереотипов – отчаянное стремление заменить содержание формой и страх сделать что-то не так, как положено.
Когда мы с ней занимаемся английским и записываем в тетрадку-словарик новые слова, она всенепременно требует записывать транскрипцию английского слова – хотя их этим символам в классе не учили и прочитать ее Варя абсолютно не в состоянии. Для нее это совершенно лишенные смысла иероглифы, но по правилам транскрипция обязательно должна присутствовать и я лезу ее искать по словарям.
Когда Варе задали сделать проект по москвоведению, было не очень трудно убедить Варю сделать доклад не о Кремле или Московском зоопарке, а о московских аэропортах: Варина любознательность - штука неистребимая. Но, когда дошло до дела, гораздо больше, чем содержание презентации, Варю волновало, выберем ли мы правильный формат бумаги и уложимся ли в нужное количество листов.
Когда я помогаю Варе с уроками и объясняю какое-то сложное правило, то, найдя верный ответ, всегда стараюсь объяснить логику этого правила, его смысл и причины возникновения, пытаюсь привести другие примеры, чтобы Варя поняла, как оно работает. Но уже через полминуты таких объяснений Варя начинает нетерпеливо ерзать на стуле, с досадой грызть ручку и наконец говорит мне: «Ну мы же написали правильный ответ! Что ты мне еще рассказываешь? Давай дальше!»

Вот за это я уже готов лично дать школьной учительнице по башке. Я могу простить школьную муштру во имя дисциплины и аккуратности, но простить то, что ребенка учат, что следовать формату важнее, чем думать, что форма важнее содержания – я простить не в состоянии! Печальная правда: подход, который прививают Варе в школе - не «понять и научиться», а «сделать, чтобы не придрались и не ругали».
Когда Варя шла в школу, я был готов к тому, что ей потребуется моя помощь в учебе, что мне придется додать ей то, чего не смогут, не успеют дать на школьных уроках. Теперь же я вижу, что мне приходится бороться с тем, чему ее учат! И я не уверен, что в этой борьбе я со школой в одной весовой категории.
Ежедневно на работе и в обычной жизни я сталкиваюсь с тем, что люди делают какую-то несусветную чепуху, только потому что «так положено» - не желая подумать своей головой и предложить более правильное решение. Да что греха таить, я и сам часто поступаю так же, испугавшись борьбы с системой. И теперь я понимаю, отчего в нашей стране берется такой подход. Оттого, что в школе детей учат не думать, а соблюдать правила и не выебываться.

Posted via LiveJournal app for iPad.

Tags: via ljapp
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 15 comments